Фонд Ибн Сины

Анализ наилучших гипотез о смысле коранических аббревиатур

2020 Дек 11

Ат-Табарси писал: «Самым разумным и удовлетворительным мнением о сокращенных буквах в начале сур Корана является то, что они представляют собой названия этих сур и вступления к ним, ибо названия вещей и предметов зачастую заимствуются из них самих, исходя из наиболее видных их особенностей и свойств». Аббревиатуры в начале сур Корана тоже заимствованы из алфавита с той целью, чтобы ими обозначить те или иные суры Корана. В арабской ономастике нередки имена и названия, подтверждающие этот факт. Например: Аус ибн Харриса ибн Лам ат-Таи.

Филологи арабского языка тоже утверждают возможность того, что человек или вещь могут быть названы какой-нибудь одной буквой алфавита или сочетанием букв.

В принципе, любое слово, не используемое в основном своем значении, но употребляемое для обозначения какой-либо вещи или личности, называют именем собственным. Например, если под словом «Джа‘фар» подразумевается не «река», а имя человека, то оно называется именем собственным («Маджма‘ аль-байан», том 1, с. 33).

После изложения суждений некоторых востоковедов по поводу коранических аббревиатур, о коих мы говорили выше, Блашер отмечает, что в этом следует больше опираться на чисто исламские теории, сопоставлять их, чтобы только потом делать какие-то выводы, выводить относительно достоверные умозаключения. Данное требование Блашера основывается на его убежденности в том, что многие из этих мнений и суждений бессмысленны, беспочвенны и абсурдны. К тому же мусульманские ученые, высказывавшиеся на данную тему с большой осторожностью и богобоязненностью, считали все попытки раскрыть тайну сокращенных букв в начале сур Корана делом бесплодным и бесполезным. Тем самым они, в общем-то, поступали правильно и рассуждали весьма разумно. Некоторые из этих мусульманских ученых пришли к заключению, что аббревиатуры поставлены в начале сур Корана, подобно тому, как касиды арабских поэтов тоже начинались порою с букв «ла», «бал» и прочих, но на более далеко идущие выводы они не осмеливались. Данное заключение одобрялось и Муджахидом ибн Джабром аль-Мекки – одним из крупнейших комментаторов Корана ранней эпохи ислама. Он предоставлял более широкое пространство и большие возможности для интерпретации значения коранических аббревиатур. Однако, как известно, в них нет каких-либо восклицаний типа «ала», «амма», ибо «ала» и «амма» являются словами, привычными для слуха, которые народ обычно использует в своей речи. Коран же есть Слово, не похожее на просторечие, а стоящее высоко над ним. Поэтому его главы или суры должны были начинаться с неких выразительных знаков, необычных и неведомых, более красочных и впечатляющих («Аль-Иткан», том 2, с. 17).

Один из мусульманских ученых – аль-Хои, или аль-Хувейби, которого мы упоминали выше, убежден в том, что сокращенные буквы в начале сур Корана употреблены с целью сосредоточения внимания Пророка, ибо могло случиться так, что иногда Пророк занимался мирскими заботами, и мысли его были поглощены повседневными делами. Для того, чтобы отвлечь Пророка от них и сконцентрировать его мысли, Джабраил (мир ему!) в соответствии со своими обязанностями подавал ему знак о ниспослании Откровения, начиная читать суры с таких буквосочетаний, как «алиф-лам-мим», «алиф-лам-ра», «ха-мим» и другие, дабы он отбросил прочие думы и сосредоточил все свое внимание на речи Джабраила («Аль-Иткан», том 2, с. 17. В тафсире «Аль-Манар» (том 8, с. 302) со ссылкой на толкование «аль-Ихйа» говорится, что это мнение выразил некто аль-Хоий или аль-Хувейби (см. примечания к «Мабахис фи ‘улум аль-Кур’ан», с. 244)).

Один из современных комментаторов Корана по имени Мухаммед Рашид Риза, считая мнение о предназначенности коранических аббревиатур для привлечения и средоточия внимания Пророка (да благословит его Аллах и приветствует!) весьма далеким от истины, говорит: «Пророк Аллаха всегда находился в состоянии готовности, а при приближении Джабраила и перед нисхождением Откровения его душа погружалась в благоговейную и духовную атмосферу, что подчеркивается во всех достоверных преданиях о явлении Откровения» (Тафсир «Аль-Манар», том 8, с. 303).

М.Р. Риза полагает, что эти знаки в основном предназначались для язычников в Мекке и людей Писания в Медине. Однако следует заметить, что М.Р. Риза не открывает чего-либо нового. И до него немало ученых выражали подобные взгляды на значение и роль коранических аббревиатур. В их числе можно назвать имена шейха ат-Туси («Тафсир ат-тибйан» в комментарии к «Алиф-лам-ра» суры «Аль-Бакара» («Корова»)), Абу Али ат-Табарси («Маджма‘ аль-байан», том 1, с. 33) и Имама Фахра ар-Рази. Последний, в частности, передает это суждение и со слов Ибн Раука (Мухаммад ибн Хасан ибн Абдуллах ибн Раук ар-Расиби ар-Рауки (ум. 168/785) – мухаддис) и Кутруба (Мухаммад ибн Мустанир (ум.206/822) по прозвищу Кутруб – известный ученый в области арабского языкознания, приверженец басрийской лингвистической школы).

Ссылаясь на Фахра ар-Рази, М.Р. Риза пишет: «Когда безбожники нашептывали: “Не слушайте этот Коран, а начинайте говорить вздор (опровергайте его любым способом или шумите во время его чтения). Быть может, вы одержите верх” (Сура «Аль-Фуссилат» (Разъяснены), 41:26) и решили между собой препятствовать его чтению среди людей («Тафсир аль-Манар», том 8, с. 302), Всевышний Аллах, всегда дарующий людям благо, пользу и счастье, начал Свои речи в форме таинственных слов и букв, дабы заставить язычников замолчать и, вызвав в них интерес к Корану, побудить их прислушаться к нему. С этой целью Он и ниспослал те буквы в начале некоторых сур: чтобы привлечь их слух и взоры к Корану.

Когда эти непонятные им таинственные буквосочетания доходили до их ушей, они в изумлении переговаривались меж собой: «Давайте послушаем, о чем ведет речь Мухаммад!» И вот они были готовы слушать, и тогда лившиеся мощным потоком айаты Корана смывали и рушили неустойчивые опоры их мерзких убеждений и предрассудков, возводя вместо того в их сознании и мыслях новые незыблемые столпы. Таким образом, эти буквы служили импульсом, побуждавшим язычников, неверующих и колеблющихся слушать Коран; они стали их путеводителем к их же человеческим устремлениям, чаяниям и благам (Там же).

Аз-Заркаши тоже вскользь упоминает эту теорию («Аль-Бурхан», том 1, с. 175), а другие ученые, вроде ас-Суйути («Аль-Иткан», том 2, с. 17), Мухаммада ибн Джарира ат-Табари («Джами‘ аль-байан», том 1, с. 69) и Ибн Касира («Тафсир Ибн Касир», том 1, с. 37), в своих сочинениях излагают ее со ссылкой на рассказы иных ученых.

При всем том хотелось бы отметить, что наилучшее пояснение значения и роли буквосочетаний в начале некоторых сур Корана принадлежит М.Р. Ризе, который пишет: «Красота слога и яркость изложения, имеющие целью разъяснение и верное донесение содержания, заключаются в том, чтобы говорящий убедительно довел до своего собеседника основные аспекты и наиболее важные моменты своей речи, пробудив в нем интерес к познанию того, что кроется за словами. Для этого в начале своей речи говорящий привлекает внимание собеседника или слушателя предупреждающими возгласами. С этой целью арабы обычно прибегают к восклицаниям посредством использования в начале речи междометий “О!” или “Эй!”. Священный Коран своим красноречием и величием слога особым и совершенно замечательным образом использовал буквы, буквосочетания, слова и частицы с целью привлечения внимания читателя и слушателя. И это – Коран, не испытавший влияния чьей-либо культуры или или какого-то предтечи, наоборот, сам послуживший образцом и предтечей словесности и мерилом правильности речи, а содержанием своим ставший эталоном для подражания и руководством для людей.

Другим способом привлечения внимания людей оратором является использование ситуаций и обстоятельств, в соответствии с которыми в процессе речи он может понижать или повышать голос, издавать угрожающие возгласы и устрашающие звуки или взывать к жалости и состраданию, пробуждать воодушевление и так далее.

Ораторы применяют и другие методы для привлечения к себе слушателей и большей доходчивости речи, например, при помощи мимики и жестов или особых телодвижений. Так же и писатели, которые с целью удержания внимания читателей выводят некоторые буквы, слова, фразы и предложения другим почерком или шрифтом или же проводят над ними или под ними черту, дабы вызвать больший интерес своих читателей к написанному ими» («Тафсир аль-Манар», том 8, с. 299).

Эти способы и методы красноречия, изложенные здесь в связи с буквосочетаниями в начале отдельных сур Корана, вполне сопоставимы с методами общенародными. Ведь проповеди и знамения Корана тоже обращены к народу. Этот аргумент неизбежно подводит нас к выводу о том, что последняя теория, объясняющая предназначение и роль буквосочетаний в начале некоторых сур Корана, является наиболее верной и приемлемой.

Считаем необходимым отметить тот момент, что все суры, начинающиеся с буквосочетаний, за исключением «Аль-Бакары» и «Али ‘Имран», являющихся мединскими, ниспосланы для ведения полемики с людьми Писания. Они были призваны отрезвлять, настораживать и привлекать внимание как язычников Мекки, так и обладателей Писания в Медине, с тем чтобы они пристальнее вслушивались в содержание айатов Священного Корана («Мабахис фи ‘улум аль-Кур’ан», с. 245).

В действительности, сокращенные буквосочетания в началах некоторых сур Корана, представленные людям в виде незнакомых форм и необычных комбинаций, вызывают некое странное чувство, смешанное с изумлением. Но это такое изумление, которое порождает любопытство, любопытство же, в свою очередь, пробуждает еще больший интерес. Мы знаем, что данное явление не имело аналога в прошлом, то есть до этого у арабов не было обычая начинать свои речи или писания подобными буквосочетаниями, которые впервые стали использоваться в начале многих сур Корана для предостережения язычников и привлечения их внимания, дабы они вслушались в него. Да, именно эти небесные слова, лелеющие дух и пробуждающие пытливость, влекли к себе людей всей земли своей чарующей сердце мелодией, и – под сенью деяний на основе Корана – в корне изменили судьбу и жизненный путь арабов и неарабов (Там же, с. 246). Душу согревает надежда, что свет созидательного учения Священного Корана спасет все человечество от произвола притеснителей, деспотов и тиранов, и жизнь его будет озарена этим сиянием, осчастливлена спокойствием и миром.

Источник: Сайид Мухаммад Бакир Худжати. Исследование по истории Корана / Пер. с фарси д. филол. н. Т. Мардони. – М.: ООО «Садра», 2015. – С. 159 – 166.

Последнее изменение 2020 Дек 14