Фонд Ибн Сины

Экзегетическая традиция в исламе

2020 Дек 17

Одной из особенностей Корана как сакрального текста является то, что подлинное его значение «всегда шире непосредственного смысла, постоянно дополняемого кругом ассоциаций и образов, возникающих у читателей и слушателей. В различные эпохи, в разной социально-культурной и этнической среде круг этих ассоциаций существенно различался. Изучение мусульманской экзегетики в диахронном аспекте как реакции арабо-мусульманского общества на Коран представляется, таким образом, попыткой воссоздания подлинной истории памятника» (Прозоров С. М. Хрестоматия по исламу. М., 1994. С. 138).

В этом отношении Коран и исламская экзегетика является единым комплексом и уникальным религиозно-социальным и историческим документом. В истории ислама каждый новый комментарий (тафсир) давал новый взгляд на Коран и на религию вообще. На протяжении веков тафсиры отражали всю палитру как политических и религиозных убеждений, так и национальных и культурных предпочтений их авторов, в числе которых были сунниты и шииты, суфии и исмаилиты, являющиеся жителями различных регионов от Египта до Хорасана, от Кордовы до Северной Индии. Возникновение и развитие различных подходов к интерпретации священного текста и его анализу были неразрывно связаны с идеологическими требованиями той или иной эпохи. Каждый исторический этап, как и его поколение, переносили на Коран свой, присущий ему образ.

Первым толкователем откровений, согласно преданию, был Мухаммад: «И послали мы тебе упоминание, чтобы ты разъяснил людям, что им ниспослано» [Коран, 16:44]. Подобные разъяснения представляли неотъемлемую часть проповедей Мухаммада и укрепились в Коране, составив основу для дальнейших толкований. На протяжении своей жизни он неоднократно вносил изменения в переданные им ранее откровения либо отменял прежние взамен новых, «ссылаясь на то, что Бог посылает ему некоторые откровения лишь на время» (Крымский А. Е. История мусульманства. М., 2003. С. 193).

Однако до конца остается неясным, насколько сам Мухаммад допускал возможность толкования другими людьми переданных ему откровений. Более того, по словам А. Е. Крымского, «комментарии Корана не всегда передавали настоящую мысль Пророка: очень часто они ее искажали, и такое искажение датируется от самых старинных времен» (Крымский А. Е. Указ. соч. С. 194). Не лишенные противоречия, подобные свидетельства религиозного наследия впоследствии стали исходной точкой ожесточенных споров.

Первоначально толкование Корана существовало в устной форме. Отдельные айаты и суры изъяснялись богословами, опиравшимися на высказывания сподвижников Мухаммада. Во второй половине VIII в. появились первые сборники хадисов, связанных с толкованием отдельных коранических отрывков, а позднее – специальные разделы в общих сборниках хадисов, таких как сборники ал-Бухāри и Муслима, посвященные комментариям Корана. Толкование айатов, содержащих исторические сведения о жизни Мухаммада, приводилось в его жизнеописаниях. Отрывки, касающиеся религиозных предписаний, рассматривались в трудах по исламскому праву (фикх). Появление первых лексикографических и грамматических сочинений было связано с необходимостью правильного разъяснения Корана, – комментария исторического, богословского, филологического и т. п. Внутри этого единого комплекса дисциплин со временем стали возникать и специальные трактаты, посвященные толкованию Корана. Несмотря на то, что, по словам А. Меца, возможность толкования Корана «отнюдь не воспринималась в X в. как нечто само собой разумеющееся» (Мец А. Мусульманский Ренссанс. М., 1996. С. 191), учение о нем начало складываться как самостоятельная наука именно в ту эпоху, когда был подведен итог раннему периоду исламской комментаторской традиции и выработан ее классический канон. Рождение «науки о толковании Корана» (‘илм ал-ку’рāн ва-т-тафсир) также во многом было обусловлено обострением идеологической и политической борьбы к концу правления династии Омейядов. Тафсиры стали идеологическим оружием в борьбе за власть в Халифате. К примеру, авторы шиитских тафсиров, получивших распространение в Куфе, нередко обращались к аллегорическому толкованию Корана (та’вил), пытаясь обосновать легитимность власти.

Религиозно-политическая ситуация в Халифате находила свое отражение в напряженных внутриконфессиональных спорах относительно принципов комментирования священного текста. Одновременно тафсиры отразили острое соперничество двух этнополитических союзов – кахтанидов и аднанидов («южных» и «северных» арабов), которое достигло своей критической точки в конце VII – первой половине VIII в.

Коранические комментарии отразили и тесно связанные с политической ситуацией споры сторонников так называемого регионального патриотизма, отстаивавших первенство того или иного города или региона.

Одним из наиболее ранних толкований Корана, дошедших до современности, является тафсир, приписываемый авторству Абӯ ал-Хасана ал-Балхи (ум. 767), получившему знание мусульманской традиции и ученость непосредственно от сподвижников Мухаммада.

К числу первых тафсиров, несомненно, относится комментарий Ибн ‘Аббāса (ум. 687 г.). Данный тафсир является одним из важнейших произведений, способствующих пониманию ключевых факторов и тех условий, в рамках которых происходило формирование и развитие исламской экзегетической традиции. Однако, по словам А. Е. Крымского, Ибн ‘Аббāс, являясь основным источником коранического экзегезиса, «многое сам не понимал и потому истолковывал неверно, но гораздо чаще в его объяснениях можно найти ошибки, безусловно, умышленные». Несмотря на это, а также на тот факт, что подлинный автор тафсира до сих пор не установлен, тафсир Ибн ‘Аббāса, представляет собой ценный источник.

Острые идеологические споры, в основе которых лежала борьба различных сил за власть в Халифате, также нашли свое отражение в разделении общины на сторонников буквального понимания коранического текста (зāхириты) и его аллегорического толкования, кто искал в Коране «скрытый» смысл (бāтиниты).

К числу последних принадлежал Абӯ Мухаммад Сахл б. ‘Абдаллāх ат-Тустари (ок. 818–896) – теоретик раннего суфизма и комментатор Корана. Около десяти приписываемых ему сочинений представляют собой составленные учениками записи его высказываний, проповедей, комментариев к различным сурам и айатам. Символико-аллегорическое толкование текста Корана позволило ат-Тӯстари выработать ряд положений, сыгравших в дальнейшем большую роль в ходе становления суфийской космогонии, гносеологии и психологии. Тафсир ат-Тӯстари составлен предположительно около 888–902 гг. Это самый ранний из сохранившихся суфийских комментариев к Корану. Он является одной из немногих имеющихся на сегодняшний день работ ат-Тӯстари, чье авторство не вызывает сомнения. Несмотря на то, что данный тафсир носит фрагментарный характер, он объемлет комментарии приблизительно к 1000 кораническим отрывкам и представляет собой уникальный источник для изучения не только суфийской мысли, но и идей самого ат-Тӯстари. Тафсир содержит в себе множество ссылок на Сунну, пояснений этических и иных аспектов религиозной теории и практики, а также включает в себя буквальные и аллегорические толкования коранических отрывков (и афоризмов), выдержки из «Легенд о пророках» Ахмада ас-Салаби, обзор практических и теоретических аспектов доктрин ранних суфийских мыслителей и взглядов самого ат-Тӯстари, эпизоды из его жизни и проповеди, обращенные к ученикам.

Для исламского мира X в. стал поворотным. На фоне внутреннего политического, экономического и социального кризисов, которые переживал Халифат, проявившихся главным образом в ослаблении власти государства и многочисленных восстаниях, во многих сферах исламской религиозно-философской мысли были созданы произведения, по сей день не имеющие себе равных. В это время также появляются важнейшие сочинения, посвященные Корану. Полемика между сторонниками толкований явного и тайного смысла Корана продолжалась. Значительный авторитет приобрело мнение Абӯ Джа‘фара Мухаммада б. Джарира ат-Табари (838–923) – одного из выдающихся историков и комментаторов Корана, прославившегося в таких областях знания, как законоведение, лексикография, грамматика, поэзия, этика, математика, медицина. Ат-Табари выдвинул идею о разделении коранического текста на следующие три категории: 1) Коран не доступен пониманию людей, его подлинный смысл известен только Аллаху; 2) смысл, сокрытый в Коране, можно выявить, опираясь только на традиционные разъяснения, восходящие к самому Пророку; 3) сложности толкования Корана является лингвистической и решается филологически. Основанный на принципе «предание (Сунна) разъясняет Коран», труд ат-Табари стал важнейшим достижением направления исламской экзегетики, которое получило название «толкование с помощью традиции».

До наших дней сохранились лишь некоторые из сочинений ат-Табари, и одним из наиболее значимых является его монументальный труд, а именно, многотомный тафсир, который, будучи результатом многолетней работы ученого, стал своего рода и интеллектуальным итогом предшествовавшей эпохи.

По широте охвата материала и беспристрастности, с которой ат-Табари приводит различные, в том числе противоречивые мнения, данный тафсир, относясь к числу классических суннитских, является уникальным. Он не имеет себе равных по полноте и содержательности, поскольку объемлет фрагменты многих не дошедших до наших дней работ его предшественников, предоставляя, таким образом, редкие материалы о раннем периоде развития мусульманской экзегетики. Объем тафсира ат-Табари и беспристрастность его суждений позволила многим ученым, в числе которых были ал-Байдāви, ас-Суйӯти и Ибн Касир, в значительной степени обращаться к данному толкованию при составлении своих комментариев к Корану.

Со временем ислам усложнялся как социально-религиозная система, что определило и формирование нового этапа в исламской экзегетической традиции. Мутазилиты, представители первого крупного направления в спекулятивном мусульманском богословии (калāм), прибегали к так называемому рационалистическому истолкованию, – иными словами, толкованию Корана с помощью «личного мнения». Подобная практика не признавалась сторонниками толкования Корана с помощью мусульманской традиции. Мутазилиты, в свою очередь, ссылались на Коран, а именно, на те айаты, которые связаны с полемикой Мухаммада со своими оппонентами. Согласно му‘тазилитам, айаты, смысл которых до конца не ясен, противоречащие доводам рассудка, следовало бы рассматривать как иносказание и изъяснять с помощью методов рационалистического толкования. С помощью доводов разума они комментировали все, что противоречило основным принципам их доктрины, в частности антропоморфические представления о Боге, обозначенные в Коране.

Самый известный му‘тазилитский комментарий к Корану был составлен Махмӯдом б. ‘Умаром Абӯ ал-Кāсимом аз-Замахшари (1075–1144), знаменитым богословом, законоведом ханафитского толка, филологом и литератором. Это единственный полный мутазилитский комментарий, дошедший до наших дней. Он был широко распространен по всему мусульманскому миру и популярен даже среди идейных противников мутазилитов. Главное внимание аз-Замахшари уделяет догматическому аспекту комментирования, сводя к минимуму традиционное толкование по принципу «предание разъясняет Коран». Не менее важное значение он придает филологической стороне тафсира, тщательно анализируя известные варианты коранических чтений, приводя поэтические примеры и обращая особое внимание на риторические изыски текста, стремясь подтвердить теорию о неподражаемости Корана. Уже во введении аз-Замахшари высказывает идею сотворенности Корана, рационалистически истолковывает такие понятия, как «божественная справедливость», «единобожие», «божественные атрибуты». Особое внимание он уделяет тем местам в Коране, в которых, как он полагал, выражены важнейшие для мутазилитов представления об «обещании» и «угрозе» Бога, о предписании делать добро и воздерживаться от неодобряемого, опираясь при этом на авторитет крупнейших мутазилитских богословов. Тафсир аз-Замахшари был встречен крайне критично, и в качестве опровержений в ответ ему было написано множество работ, призванных очистить его от мутазилитских идей. Так, тафсир ар-Рāзи (ум. 1209) во многом был направлен на опровержение труда аз-Замахшари, а ал-Байдāви стремился превзойти тафсир ат-Табари в филологической скрупулезности и скрупулезности аналитического подхода в отношении различных вариаций коранического текста. Однако несмотря на обвинение взглядов аз-Замахшари в предвзятости и отрицании его тафсира сторонниками маликитского мазхаба, в XIV в. Известный арабский ученый Ибн Халдӯн высоко оценил работу комментатора.

Дальнейшее развитие позиций сторон по поводу самой возможности комментирования Корана наиболее ярко проявилось в спорах о «сотворенности» и «несотворенности» (извечности) Корана. Данная дискуссия, завершившаяся победой сторонников последней, привела к закреплению их позиций в качестве одной из основ догматической системы суннитского ислама, т.е. к закреплению роли Корана в качестве предвечного и неизменного руководства в жизни мусульманского сообщества.

Ожесточенные споры вокруг Корана продолжались в последующие столетия. Толкователями Корана выступали известные мусульманские мыслители различных направлений. Так, к примеру, появление на политической сцене исмаилитов ознаменовалось составлением исмаилитских толкований к Корану. Применяя аллегорические методы толкования, исмаилиты искали в Коране подтверждения правомерности техники, проводимой ими политической борьбы, особенностей организации их сообществ и т. п. Апелляция к Корану и почерпнутые из него свидетельства были обязательными условиями обоснования любой из идеологической или научной позиций.

Язык Корана оказал огромное влияние на широчайший спектр исламской литературы на всех языках, объемлющий не только множество комментариев, написанных представителями различных исламских школ, но и посвященные им исследования, авторами которых являлись как средневековые мусульманские богословы, обращавшиеся к аргументации тафсира в теологических спорах, так и современные ученые, для которых комментарии к Корану представляют скорее научный интерес.

Литература

1. Ван ден Берг Л. В. С. Основные начала мусульманского права согласно учению имамов Абӯ Ханифы и Шафии. М., 2005.

2. Грюнебаум Г. Э. фон. Классический ислам. Очерк истории (600–1258). М., 1986. http://portal-credo. ru/main. php?id=1638&txt=true

3. Дафтари Ф. Краткая история исмаилизма. Традиции мусульманской общины. М., 2004.

4. Игнатенко А. А. Зеркало ислама. М., 2004.

5. Климович Л. И. Книга о Коране. М., 1986.

6. Коран / пер. Кулиева Э. Р. М., 2004.

7. Крымский А. Е. История мусульманства. М., 2003.

8. Крымский А. Е. Очерк развития суфизма. М., 1895.

9. Лахорский тафсир / под. ред. Боголюбова М. Н. М., 2001.

10. Мец А. Мусульманский Ренессанс. М., 1996.

11. Мюллер А. История ислама. М., 2004.

12. Резван Е. А. Зеркало Корана // Звезда, 11, 2008. http://magazines.russ.ru/zvezda/2008/11/re9.html

13. Сандз З. Суфийская экзегетическая суфийская традиция в классическом исламе. Нью Йорк, 2006.

14. Ас-Суйӯти. Совершенство в коранических науках. Учение о толковании Корана. М., 2000.

15. Тафсир ал-Ку’рāн ал-Мунтахаб. М., 2003.

16. Хрестоматия по исламу / под ред. Прозорова С. М. М., 1994.

17. Calder N. Tafsir from Tabari to Ibn Kathir: problems in the description of a genre, illustrated with reference to the story of Abraham. London, 1993.

18. Watt W. M. The Formative Period of Islamic Thought.

تفسير القرآن للحالج.القاهرة, ٢٠٤. 19

عبد الرحمن محمد ابن الحسين ابن موسى السلمي. كتاب طبقات الصوفية. ليدن. ۱٩٦۰.20

عباس محمد قاسم. الحالج٫األعمال الكاملة. بيروت٬ ٢٠٠٢.21

22. [Интернет-источник:] http://www.altafsir.com الصوفية السنة أهل تفاس

Автор: И.В. Иванова

Источник: Прошлое и настоящее исламской философии. Избранные статьи участников научного семинара «Сагадеевские чтения» (2008–2019) [Текст] / ред.-сост. Н. С. Кирабаев, Р. В. Псху. – Москва: ООО «Садра», 2020. – С. 101–109. (Ислам: классика и современность).

Последнее изменение 2020 Дек 18